Гундарев В. На крыльях романтики //Нива. 2003. 12. С. 9095.

1 июня 2012 - Администратор

 На крыльях романтики

   Мою судьбу определила казахстанская целина. И "повинен" в этом Геннадий Сидорович Гоц - о чем он даже и не догадывается. Вернее, под воздействием его имени и произошел крутой поворот в моей жизни.
Родом я из Кыштовского района Новосибирской области. В 1958 году, будучи восьмиклассником средней школы в райцентре, вступил в комсомол, активно занимался общественной работой. А первым секретарем Новосибирского обкома комсомола был в те годы Геннадий Гоц. Его фамилия часто звучала по радио, появлялась в газетах. Разумеется, я ее запомнил. Об освоении целины, о комсомольском энтузиазме тогда много говорилось и писалось. Целинные и залежные земли поднимались и в нашей области, особенно в районах Кулундинской зоны. Но особый размах эта беспримерная акция получила в Северном Казахстане, о чем я не мог не знать. В декабре 1960 года был организован Целинный край, а в марте следующего года Акмолинск переименовали в Целиноград. Громкая слава о целине, о трудовых подвигах молодежи катилась из края в край по всему Советскому Союзу. Из сообщений радио я узнал, что первым секретарем Целинного крайкома комсомола избран... Геннадий Гоц - мой земляк! Я же в ту пору волею обстоятельств жил у родственников в городе Кемерове, где начал работать корреспондентом на студии телевидения. Но, охваченный романтическим порывом, решил, что без меня в Целинограде не обойдутся. Тем более, там есть земляк, новосибирец. Я написал письмо в Целинный крайком комсомола на имя Геннадия Гоца, что я, начинающий журналист, хочу своими глазами увидеть, как преображаются степные просторы Казахстана, быть в центре грандиозных событий, где комсомольцы-добровольцы вершат замечательные дела, находиться среди передовой советской молодежи. Не дожидаясь ответа из крайкома комсомола - так велико было нетерпение - я самонадеянно махнул в Целиноград, куда и приехал с легким чемоданчиком в последних числах мая 1961 года. Было мне тогда неполных 17 лет... С вокзала сразу же отправился на поиски крайкома комсомола, по деревенской простоте надеясь попасть непременно к самому Гоцу. В крайкоме комсомола мне деликатно дали понять, что, во-первых, первый секретарь неимоверно занят, к тому же на целину приезжают и по комсомольским путевкам, и "самотеком", как я, десятки тысяч молодых людей, и встретиться с каждым Гоц не в состоянии. Во-вторых, мое письмо было переправлено в Целиноградский обком комсомола, в отдел пропаганды которого мне и следует обратиться.
   Я сник, но делать нечего, пошел в обком. Там на меня посмотрели как на ненормального. Мол, как можно было с бухты-барахты, не дождавшись ответа, ехать туда, где никто не ждет. Выяснилось, что мне было отправлено официальное письмо, в котором обком комсомола благодарил за горячее желание работать на целине, но с приездом в Целиноград в ближайшие годы советовал не торопиться, поскольку я еще слишком молод, не имею ни образования, ни профессии. В том смысле, значит,что без тебя на целине обойдутся. Я пал духом. Здесь, оказывается, с распростертыми объятиями меня никто не встречал. А пути назад отрезаны. Что делать? И все же мне повезло - свет не без добрых людей. С большим участием ко мне отнеслась Зинаида Матюшенко - никогда ее не забуду. Не помню только: или она была заведующим отделом пропаганды обкома комсомола, или заместителем заведующего. Жалостливо посмотрев на меня, она энергично взялась за дело. (Подробно рассказывать обо всем - долгая история). Так вот, она - добрая по своей натуре - и пристанище на первое время мне подыскала - а в ту пору с жильем в городе было очень туго: Целиноград только начинал строиться, на моих глазах, расчищая место для будущих многоэтажных домов и широких улиц, бульдозеры сносили неказистые глинобитные мазанки с плоскими крышами - от чего в знойном небе висели бурые облака пыли, город был перенаселен, не имея возможности хоть как-то разместить хлынувшие сюда со всех сторон людские оравы, частный сектор тоже был переполнен приезжими. Многим приходилось обитать на железнодорожной станции в старых, пожалуй, еще дореволюционного выпуска, вагонах, превращенных в своеобразные гостиницы на колесах. Так я стал подопечным заботливой Зинаиды Матюшенко. Направляла она меня и в хождениях по редакциям - следовало определяться на работу, ведь жить на что-то же было надо, а единственное, что я немножко умел делать, - это писать: до Кемеровской студии телевидения, еще учась в Кыштовской средней школе, был привечаем в редакции районной газеты, ставшей для меня родным домом. В районке постоянно публиковались мои заметки, информации, репортажи, зарисовки, первые стихи и даже очерки. В общем, небольшой творческий багаж у меня имелся. По звонку Зинаиды Матюшенко я пришел в редакцию газеты "Молодой целинник". Наверное, излишне рассказывать ветеранам целины о том, какая это была боевая, острая, принципиальная, смелая и интересная газета - единственная в своем роде во всем Советском Союзе. Редактировал ее Валентин Осипов, с которым мы и ныне изредка поддерживаем творческие контакты (впоследствии его сменил Владимир Червяков, с ним мы встречались в Москве уже в конце семидесятых годов на одной из годовщин "Молодого целинника").
   Правда, в штат редакции меня тогда не взяли, поскольку усмотрели в моих писаниях не газетный, а телевизионный стиль, и посоветовали обратиться на Целинное краевое радио. Откровенно говоря, действительно шапка была не по Сеньке. В творческом плане мне, только начинавшему свой путь, еще надо было расти и расти. Тогда как в "Молодом целиннике" блистали талантливые перья таких маститых журналистов, как Генрих Комлев, Геннадий Розенштейн, Александр Фридман, Ирина Иновели, супруги Матонины, Петр Скобелкин, Юрий Чернов, Владимир Бараев, Павел Капитонов, Ада Дихтярь, Владислав Носов, Станислав Пинчук, Альберт Поляковский и многие другие, чьи имена за давностью лет, к сожалению, забылись. Позже я со всеми познакомился, с некоторыми из них спустя годы встречался (с В. Червяковым, С. Пинчуком и В. Бараевым в Москве, с Г. Розенштейном в Таллине), а с Сашей Фридманом и Петей Скобелкиным дружил до конца их жизни. С первым виделся в Алма-Ате и в Тбилиси, со вторым в Москве и в Целинограде, куда он частенько и с большой охотой приезжал в командировки.
Хотя работать в "Молодом целиннике" мне не довелось, но мои материалы и даже стихи в этой замечательной газете, оставившей яркий след в истории советской журналистики, печатались.
   "И тогда пошел он..." Именно так. Кажется, по подсказке Геннадия Розенштейна я появился на радио, где и пришелся ко двору. Но не сразу. Несколько месяцев был внештатным корреспондентом, жил только на гонорар, а первого сентября 1961 года меня приняли в штат корреспондентом Целинного краевого радио в редакцию вещания на Целиноградскую область, за что я признателен судьбе. Ведь мне было всего-навсего 17 лет (а в марте 1963 года я стал уже членом Союза журналистов СССР - одним из самых молодых в стране), рядом работали такие признанные мастера радиожурналистики, как Иван Козьмин, Виктор Глуховцев, Лев Шульц, Гинаят Касенов, Петр Придиус, Майя Доброва, Леонид Левитин, Владимир Дроздов, Иса Галиаскаров, Владимир Бакулин, Геннадий Вершинин, Тамара Лесовая, Ногербек Магзумов. Они буквально нянчились со мной, наставляли на путь истинный, я же был, как говорится, молодой и глупый. А моим настоящим учителем стал Моисей Михайлович Гольдберг. Видимо, он заметил во мне какие-то задатки, вот и не жалел времени и сил, что называется, натаскивал меня, учил мастерству. Одним словом, ему я обязан многим. Мы и сегодня с ним дружим, частенько встречаемся, иной раз и за рюмкой.
Удивительно, но на Целинном радио я неожиданно встретился с хорошим знакомым - Владимиром Дроздовым. В 1959 году его прислали из Новосибирска на работу в редакцию Кыштовской районной газеты. Оказалось, что в Целиноград он приехал на пару месяцев раньше меня. Так нас снова свела судьба. И хотя Владимир Владимирович был старше меня на 32 года, это не помешало нам крепко дружить до самой его скоропостижной кончины в январе 1992 года. Он умер в Доме радио за три месяца до своего 80-летия, ни одного дня не пробыв на пенсии. Это был репортер до мозга костей.
   Сильные, интересные журналисты работали и в партийной газете "Целинный край". По памяти могу назвать В. Шепеля, А. Стреляного, А. Платош-кина, Г. Фрумкина, В. Листова, А. Дубицкого, Д. Ушакова. А мое знакомство в ту пору с Григорием Фрумкиным и Дмитрием Ушаковым на поэтической волне переросло впоследствии в тесное общение, хотя они потом стали москвичами, наши встречи продолжались. К сожалению, за последнее десятилетие мы ни разу не виделись по вполне понятным причинам.
Корреспондентская работа на радио сыграла неоценимую роль в моем гражданском и творческом становлении, дала возможность увидеть во всем многообразии просторы казахстанских степей, из фрагментов увиденного во время частых командировок по районам Целиноградской области создать в своем представлении цельную и широкомасштабную панораму происходящих преобразований на целинной земле, познакомиться и потом подружиться на долгие годы со многими знаменитыми людьми - хлеборобами-механизаторами, животноводами, бригадирами, директорами совхозов и агрономами, комсомольскими вожаками, партийными и советскими руководителями, по праву символизирующими своим самоотверженным трудом яркую новь осваиваемой целины. Выросший в мононациональной среде, в Казахстане я воочию и каждодневно постигал, что такое истинная дружба народов, как она развивалась и крепла в трудностях и испытаниях на этой прекрасной земле. С 1961 по 1963 годы с громоздким магнитофоном я побывал во всех районах степного Приишимья, почти во всех совхозах и колхозах, селах и аулах, в новых поселках и на отдаленных чабанных отгонах. Уже тогда я убедился в щедром гостеприимстве и радушии казахов, узнал вкус бесбармака и кумыса, мне открылись души украинцев и белорусов, немцев и поляков, корейцев и молдаван, армян и татар, литовцев и башкир, ингушей и грузин, представителей других народов нашей страны, вносивших свою лепту в преображение целины, в превращение ее в богатую житницу великой державы.
   Уже тогда создавалась летопись целины, овеянная славой трудовых деяний сотен тысяч работников сельского хозяйства - как старожилов этих мест, так и новоселов. Уже тогда на весь Советский Союз гремело имя бригадира комсомольско-молодежной бригады совхоза "Ярославский", депутата Верховного Совета СССР, кавалера ордена Ленина Михаила Довжика (впоследствии он стал Героем Социалистического Труда, был депутатом Верховного Совета Казахской ССР трех созывов. Именно ему принадлежит крылатая фраза "Люди поднимали целину, целина поднимала людей", которая потом в книге "Целина" была выдана за собственную максиму Л. И. Брежнева). Впервые с Михаилом Егоровичем я встретился на полевом стане его бригады летом 1962 года. С того времени до конца жизни замечательного первоцелинника нас связывали дружеские отношения.
Но не обошлось в целинной летописи и без трагических страниц. Святым ореолом были окружены имена погибших в степи Героя Советского Союза механизатора Даниила Нестеренко и прораба нового совхоза "Киевский" Василия Рагузова, чьи драматические судьбы нашли воплощение в поэзии и прозе (писал об этих мужественных людях и я).
   В ноябре 1963 года я был призван в ряды Советской Армии, воинскую службу проходил в городе Баку. На целых три года мне пришлось разлучиться с целиной, но все это время я поддерживал связь с коллективом родного радио, ежемесячно в эфире звучали мои письма, в которых я рассказывал о солдатском житье-бытье однополчан, призванных вместе со мной из Целинограда. Два года я был инструктором политотдела воинской части по комсомольской работе. И перед демобилизацией мне, как витязю из старинной сказки, предложили на выбор три дороги: учиться во Львовском высшем военно-политическом училище; работать в окружной газете Бакинского округа ПВО "На страже" (я был своим человеком в редакции, постоянным автором); остаться на сверхсрочную службу в политотделе спецчастей. Но меня звала целина, меня ждали на радио и даже обещали однокомнатную квартиру. Так что заманчивые предложения я отклонил без сожаления и осенью 1966 года вернулся в Целиноград, всего пять лет носивший титул столицы Целинного края, расформированного в конце 1965 года. Не было уже газет "Целинный край" и "Молодой целинник", уехали многие талантливые журналисты и представители творческой интеллигенции, но осталось и немало тех, кто не захотел расставаться со степью.
Стал я на областном радио редактором молодежной радиостанции "Товарищ", еженедельные часовые программы которой выходили в эфир под эгидой Целиноградского обкома комсомола. Вновь начались поездки по районам области, встречи с комсомольским активом, с молодыми тружениками полей и ферм. Славное было время, прекрасная пора юности, оставившая в сердце неизгладимый след. Вообще для меня комсомол того периода и целина - синонимы, неразделимые понятия. Эстафета добрых дел и свершений от Геннадия Гоца и Юрия Подтыкайлова перешла к их продолжателям и хранителям замечательных комсомольских традиций Владимиру Жижину, Станиславу Хабибуллину, Вилнису Рамуту, Дмитрию Бибикову, Зейнеп Керемкуловой, от них далее - в семидесятые и восьмидесятые годы к Куанышу Алпысбекову, Жанбырши Нуркенову, Сергею Дьяченко и другим. Отличными комсомольскими вожаками в разные годы, начиная от времени моего приобщения к целине в 1961 году, были Давыд Габриель, Григорий Шмыгля, Антонина Трофимова, Петр Ушатюк, Анатолий Смолин, Алтыншаш Джаганова (ставшая впоследствии известной писательницей), Геннадий Терец, Дмитрий Агафонов, Федор Ханин, Валерий Быков, Василий Осипенко, Владимир Ря-биченко, Сергей Котляров. Много интересных дел и начинаний было на счету комсомолии целинного Приишимья, знаю об этом хорошо, поскольку был членом обкома комсомола.
   В конце 1970 года меня пригласили на работу литературным консультантом Целиноградского межобластного отделения Союза писателей Казахстана. Надо сказать, что председатель комитета по телевидению и радиовещанию И. В. Козьмин никак не хотел меня отпускать, потребовалось вмешательство первого секретаря обкома партии Николая Ефимовича Кручины. В региональной писательской организации я проработал ровно двадцать лет, а в конце 1990 года создал и возглавил редакцию литературно-художественного и общественно-политического журнала "Нива". Став серьезно заниматься литературным творчеством, я не порывал и с журналистикой. По-прежнему много ездил не только по Целиноградской области, но и бывал в Кустанайской, Кокчетавской, Северо-Казахстанской, Тургайской областях, заводил новые знакомства с тружениками целины, укреплял старые. В своих очерках и публицистических статьях писал о Героях Социалистического Труда, бригадирах тракторно-полеводческих бригад Михаиле Довжике, Нургабуле Малгаж-дарове, Владимире Дитюке, Каиржане Ескендирове, Василии Акулен-ко, Жумане Исабекове, Станиславе Гаврилюке, Николае Карпухине, Иване Трененкове, Антоне Кайдановиче, механизаторах Михаиле Миршав-ке, Айтпае Кусаинове, свинарках Елене Мейтиной, Анне Диде, чабане Даулене Толеубаеве, доярках Сагиле Есенжоловой, Анастасии Власовой, водителе Валентине Щербакове, председателе колхоза Кан Де Хане, директоре совхоза Давиде Бурбахе и многих других прославленных людях. Эти материалы опубликованы в различных газетах и журналах, коллективных сборниках, вошли в мои книги "Жизнь на светлой земле", "С заботой о земле", "Семь дней и вся жизнь", "В сердце и памяти поколений". А о механизаторе Герое Социалистического Труда, "целинном Маресьеве" Леониде Картаузове я написал документальную повесть "Какого цвета поле". Многое дало мне знакомство с директором Всесоюзного научно-исследовательского института зернового хозяйства, Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской премии академиком Александром Ивановичем Бараевым, о котором была написана книга "Главный агроном целины". О казахстанских степях и дорогих моей душе людях рождено немало стихов, вошедших в мои поэтические книги "Деревня моя деревянная", "Зимопись", "Светлынь-река", "Продолжение жизни", "Капля в море", "Ветка молнии".
Целина для меня - это и колоритные личности руководителей хозяйств, такие, как И. Лихобаба, И. Белориха, А. Ример, Н. Кузнецов, С. Трофимов, Е. Зайчукова, А. Камышный, А. Кехтер, И. Ким, Герои Социалистического Труда Б. Бай, И. Жангуразов, И. Шарф и другие, перечислить всех, с кем я встречался, просто невозможно. На моих глазах складывались в шестидесятые годы судьбы молодых директоров совхозов Андрея Брауна, Геннадия Ракова, Амангельды Уразалина, ставших впоследствии крупными руководителями.
   Не могу не назвать и видных целинных ученых: Героя Социалистического Труда академика В. П. Кузьмина, лауреатов Ленинской премии А. В. Зайцеву, Э. Ф. Госсена, лауреата Президентской премии мира и духовного согласия академика М. К. Сулейменова, докторов наук Л. Д. Ко-мышника, Г. К. Кудайбергенова...
   Хочу сказать доброе слово и о партийных и советских работниках области. За минувшие десятилетия мне довелось встречаться и общаться в различных ситуациях и обстоятельствах со многими секретарями обкома и райкомов партии, председателями и заместителями председателей облисполкома и райисполкомов. Это Н. Кручина, С. Ниязбеков, A. Каликов, Ф. Халитова, М. Исмагамбетова, Н. Морозов, А. Джулмухамедов, К. Карбаев, Б. Бономанко, И. Тимошенко, И. Шендрик, 3. Кадырова, Р. Канапьянова, О. Куанышев, А. Браун, Г. Коротенко, 3. Рамазанов, Е. Золотарев, Т. Ошаганов, Н. Князев, Р. Коваль, Ф. Шкурко, А. Шабатов, B. Ерохин, В. Потапенко, братья С. и В. Кулагины, С. Джалмагамбетова,
Ф. Валиев, В. Гартман, заведующие отделами обкома И. Капаров, М. Харжевский, У. Гайсин, В. Моложавый и многие другие, обладавшие большими организаторскими способностями, умением работать с людьми, добиваться поставленных целей. В восьмидесятые годы мне довелось быть кандидатом в члены обкома и членом обкома партии, так что общение мое с партийными работниками разных уровней было тесным.
С ветеранами целины продолжается моя дружба и сейчас. Вот уже свыше сорока лет моя жизнь связана с городом на Ишиме, за последнее десятилетие сначала поменявшим название Целиноград на Акмолу, а потом, уже в статусе новой столицы Казахстана, на Астану. Город теперь совершенно иной, даже не такой, каким он был 5-6 лет назад. Но до сих пор перед глазами памяти Целиноград шестидесятых годов, благословенного времени молодости. Мы жили тогда в романтическом окрыле-нии, искренне и свято верили в прекрасные идеалы, которые не повинны в том, что мы не сумели воплотить их в действительности.
   Что же касается Геннадия Сидоровича Гоца, то впервые я встретился с ним лишь в конце семидесятых или в начале восьмидесятых годов, когда он, будучи инструктором отдела пропаганды ЦК КПСС, приезжал в Целиноград в составе представительной писательской делегации. Наша вторая встреча произошла в июне 2001 года, когда Геннадий Сидорович побывал у нас в составе делегации Москвы на праздновании Дня столицы Казахстана. Несмотря на насыщенную программу торжеств Геннадий Гоц нашел возможность навестить редакцию журнала "Нива", подарив мне свою книгу стихов и поэм "С холмов Крылатского". В 2002 году он прислал новый поэтический сборник "Озёра памяти", подборку проникновенных строк из которого, посвященных целине, мы опубликовали.
   А уже в 2003 году через своего друга Владимира Ильича Жижина Геннадий Сидорович передал мне свою очередную книгу стихов и поэм "Дар судьбы" с теплым посвящением. В ней тоже есть произведения о целине. И они тоже нашли место на страницах казахстанской "Нивы".
Вот такими причудливыми бывают узоры нашей жизни.
Конечно, в освоении целины было немало негативных моментов, ошибок и перехлестов. Но положительного, исторически оправданного, хорошего и интересного все-таки значительно больше. И об этом надо помнить всегда, беречь драгоценные зёрна великих свершений для новых всходов.

Комментарии (2)
тулеген # 19 мая 2013 в 10:15 0
Очень мало про Шабатове А.К.-комсомльского вожака 60годов.
Арман # 10 сентября 2013 в 12:11 0
много имен и фамилий, кто-то найдет своих близких или родственников и обрадуется
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев