Пресняков С. Народный Петропавловск // Провинция. – 2011. - №1. – С.39-47

1 октября 2012 - Садыкова А.

НАРОДНЫЙ ПЕТРОПАВЛОВСК

Сергей Михайлович Пресняков родился в 1922 году. Участник Великой Отечественной войны, полковник. Известный общественный и партийный работник, преподаватель Пет¬ропавловского пединститута. Историк-крае¬вед, редактор и составитель «Энциклопедии Северо-Казахстанской области», автор ряда других книг. Отмечен многими государствен¬ными наградами.
В нашем родном Петропавловске необык¬новенно распространена народная топонимика. Причём она охватывает как обширные терри¬тории, так и малые объекты города: Рабочий, Холодильник, Камыши, БЖ, Молодёжный, Северный. Отдельные топонимы передаются из поколения в поколение и хранятся в па¬мяти сотни лет, но есть и такие, что прожили недолгую жизнь. Что же господин народ на¬зывал по-своему метко, ярко и остроумно? Древний и самый северный народный топоним - некогда действовавшая в городе фактория таежных охотников на опушке Мещанского леса. Она су¬ществовала с середины XIX века до 1934 года. Здесь принимали приезжих ханты-мансийских охотников, прибывших для обмена и продажи в местную факторию пушнины (соболя, песца, белки и др.), а также мехов таежного зверя (медведя, рыси, волка, лисицы и проч.). Следы той фактории распаха¬ны и заросли посадками молодого леса по Булаевскому шоссе. Мещанский - от слова «мещанин», то есть «горожанин», значит, лес этот был городским. В XIX веке Мещанский лес доходил до современной ТЭЦ-2. Потом тайга совсем покинула нашу область, оставив здесь лишь так, называемые колки и рощи. Борки "ушли" к северу от города на 10 километров. Настолько же "отодвинулся" Мещанский лес. Но лесоводы восстановили его значительную часть ближе к городу вдоль Транссибирской автомагистрали, за что будут помянуты добрым словом нашими потомками.
С лесами картина ясная. Этого нельзя сказать об озерах и болотах в черте города. Площадь их не сокращается. Самый крупный водоём - озеро Сенное. Это творение природы почти ничего не даёт городу, но постепенно расширяет свои берега, поднимает уровень соленых грунтовых вод, отравля¬ет подстилочную почву города и тем вредит его древесным насаждениям на ближайших улицах и в скверах.
Почему так смирились горожане с паразитическим существованием болот за железнодорожными путями, напротив вокзала, за плавательным бассей¬ном "Дельфин" и другими останками древних озер? Отравляют атмосферу города гниющие заливы, старицы и протоки Ишима за водоканалом "Петропавл су". Ждут внимания городских служб и солидные озёра - Белое, Утиное, Глубокое, Поганое - и десяток других более мелких водоёмов. Петропавловск богат водой, но, к сожалению, мало пригодной к употреблению.
Голопуповка - именно так назывался до Великой Отечественной вой¬ны обширный пристанционный микрорайон, управление им производилось станционным поселковым Советом депутатов трудящихся. В сферу его вни¬мания входили все производственные службы Петропавловского железно¬дорожного узла (отделения дорога тогда еще не существовало). А в прямом подчинении Совета были отделение милиции, школы, больница и аптека, контора "Райтрансторгпита", базарчик, хлебопекарня и мощное подсобное хозяйство (за городом), В ведение Станционного поселкового Совета вхогдож. кроме Голопуповки, места расселения железнодорожников: Красный Мир Рабочий поселок.
Красный Мир представлял собой хаотичное скопище землянок и по¬луземлянок из самана, крытых дерновым пластом. В них ютились семьи чернорабочих, прозябающие в нищете и бедности. Восточнее Красного Мира располагался Холодильник, где зимой намораживали лёд для наполнения вагонов-рефрижераторов при перевозке скоропортящихся продуктов. По соседству с Холодильником стихийно возникло кладбище для захоронения безвестных граждан, погибших в железнодорожных авариях или на путях при движении транспорта. В 1938 году самочинное кладбище было закрыто, а Красный Мир снесён. Значительная часть его населения переселилась в Копай.
Рабочий поселок. Прямо перед вокзалом, за проездными путями и камы¬шовыми болотами (часть их сохранилась и поныне) располагались четыре короткие улицы Рабочего поселка. В основном там поселялись квалифици¬рованные кадры железнодорожного узла: паровозники, кондукторы и про¬чие люди из рабочей аристократии и специалистов. Особенно бурно Рабочий поселок рос и расширялся в годы войны (1941-1945 гг.) за счёт прибытия эвакуированных переселенцев из западных районов страны. Сегодня поселок по сравнению с 1936 годом вырос в десять раз. В том районе родился и в годы войны учился летчик-космонавт дважды Герой Советского Союза В.А. Шаталов.
Зайсан. До 50-х годов с запада к Рабочему поселку примыкало это урод¬ливое поселение, называемое и по-другому - Китайгород. Оно состояло из землянок или просто ям и берлог, крытых чем попало от дождя и ветра. Здесь жило до сотни бездомных бродяг, бомжей, словом, беспаспортных эле¬ментов.
Следует отметить, что все три поселка - Рабочий, Красный Мир, Зайсан -застроены петропавловцами самовольно, без административных решений. Поэтому тогда не могли они рассчитывать на какое-либо благоустройство и внимание властей.
«Нарядка» - это невзрачный домишко рядом с паровозным депо. Здесь формировались поездные бригады паровозников, кондукторов, проводников, смазчиков. При назначении в поездку возникали недовольства, протесты, ссоры и ругательства. Скоро «Нарядка» преобразовалась в «Брехаловку»! Дошло до того, что «Нарядку» уже никто так и не называл, а Брехаловку знали все.
По пути в Омск, почти до Асанова, полсотни лет назад существовал дре¬мучий лес. Его называли Теплым, так как лес предназначался на топливо горожанам. Сегодня от него сохранились лишь редкие, чахлые кусты, кото¬рые унаследовали имя былого леса и в народе зовутся Теплыми кустами. Тут следует пояснить, что Теплые кусты существовали еще до октября 1917 года, а бывший Теплый лес давно включен в черту города как часть поселка Бензострой.
Но не так уж бедна и захолустна наша Голопуповка. Гордостью Станци¬онного поселка служат замечательные объекты. Например, первый в Пет¬ропавловске высотный четырехэтажный дом. Строился он в 1930-1935 годах как жилой многоквартирный. По замыслу архитекторов должен был при¬крыть в своём дворе красивейшую в городе церковь железнодорожников. Впоследствии была проведена реконструкция жилого дома.

 

 

 

 

 

 

 


Ныне там размещается управление Петропавловского отделения Южно-Уральской желез¬ной дороги.
К числу забытых народных названий относится "Вытяжка". Это тупико¬вые железнодорожные пути для выгрузки из вагонов карагандинского ка¬менного угля и раздачи его населению по карточкам. Надо ли говорить, что в годы Отечественной войны горожане плохо питались. Они к тому же мёрзли от холодов без дров и угля. Особенно страдали без топлива школы, детские заведения, больницы и престарелые горожане. "Вытяжка", как и хлебные магазины, была местом слёз для горожан от голода и холода.
Татарская слобода. Юго-восточная окраина Петропавловска тоже богата историей и событиями. Она возникла на полтора столетия раньше железно¬дорожной Голопуповки. Появилась Татарская слобода в середине XIX века, в начале улицы Пушкина, по современной терминологии. Просвет от Под¬горья до первых татарских домов занимали огороды, сеновалы и скотные загоны горожан. Командование крепости это поощряло, чтобы сманить боль¬ше переселенцев с тесного Подгорья. Подгорье, Нагорье - это тоже термины народные, как и Косогор, Кучугур, Овражная. Нумерация логов - это тоже не административное, а народное творчество. Татарская слобода - колорит¬ное в городе поселение. В ней ярко отражен и национальный образ жизни, своеобразная культура народа, религия, традиции и особенности характера. Если б не было в городе татар, Петропавловск был бы другим: без ярмарок, караванных дорог и торговых улиц, торговых баз на пол-Сибири, менового двора, известного даже в Китае. Не было бы гостиных домов, мечетей, мед¬ресе. Вскоре Татарская слобода стала лицом Петропавловска, его гербом, символом. Не случайно европейские исследователи называли город татарс¬ким. Именитые татары-предприниматели Муратов, Янгуразов, Астафуров, Тюменев и десятки других стремились быть меценатами. Они содержали школы (медресе), на свои средства проводили общественные мероприятия и работы, массовые представления цирковых (шапито) групп, казанских, уфимских и других театральных коллективов, содержали купеческий клуб (на базе которого вырос местный театр), ежегодно проводили праздники "сабантуй» и многое, многое другое. Правильно писал один известный меди¬цинский и общественный деятель, что без татар Петропавловск остался бы прозябающей деревней на веки веков.
Меновой двор - второй по значимости топоним в этом районе. Он кипел торговой жизнью. Здесь совершалась купля-продажа, заключались договоры на огромные суммы, в отличие от ярмарки или завзятого базара, где толка¬лась и ругалась толпа перекупщиков, менял, маклеров, шантрапы, мелких торговцев и шпаны. На меновом дворе, подобно современному Куршевелю, важно вышагивали настоящие гильдейские воротилы или известные купе¬ческому миру представители крупных в России банков, торговых домов, фирм и объединений.
Верблюжий двор - частная ферма, располагалась ближе к Ишиму. В 80-х годах XIX века здесь содержалось более 170 голов одно- и двугорбых "ко¬раблей пустыни". В Омске тоже была подобная ферма, но только на 80 голов скота.
Кадук - подсобное хозяйство. На склоне широкой аллювиальной долины древнего Ишима, где ныне вольготно расположился "Горводоканал", были знаменитые водные угодья, облюбованные любителями охоты на водоплава¬ющих и перелетных птиц. На диком птичнике всё лето водились и осенью поднимались на крыло тучи лебедей, журавлей и много других видов перна¬тых. Но в неурожайные 1931-1934 годы по инициативе железнодорожников здесь, близ современного "Петропавл су", было создано подсобное хозяйс¬тво по производству свинины, говядины, молочной продукции, картофеля и овощей. Долгие годы его директором (до 1942 года) был Василий Кадук. По его-то фамилии хозяйство и стало называться Кадуком. Теперь тот топоним мало кто помнит.
Ипподром - ныне на его месте стоят производственные корпуса Гормол-завода. Некогда он был очень знаменит, в 1910-1941 годах. На скачки и бега сюда доставлялись высокопородистые рысаки и скакуны из соседних облас¬тей. Высокие ставки для победителей привлекали коннозаводчиков даже из городов Зауралья и с Волги. Летом 1912 года поле ипподрома стало взлетной полосой для аэроплана летчика А. Кузминского, гастролировавшего по Си¬бири. А в годы гражданской войны на беговых дорожках колчаковцы уста¬новили мощные орудия, направленные против красных войск. Бой длился полдня, колчаковцы были порублены конниками.
Богата народными топонимами северо-западная часть города. Подгорье, Предгорье, Крепостные предместья, Кожзавод, Заречный - все эти неофи¬циальные названия живут в народе почти два и более двух столетий юриди¬чески неузаконенными.
Подгорье начало застраиваться отставными солдатами и казаками с пер¬вых лет основания крепости святого Петра. Подгорье - колыбель Петро¬павловска. Здесь его гражданское начало. Здесь возникли многие традиции, обычаи и нравы. Его новоселы - мастера крестьянского труда. Они-то и есть предки современных приишимцев. Еще до 30-х годов минувшего века око¬ло половины горожан жили на окраинах города и вели полукрестьянский образ жизни. Многие имели значительные земельные наделы, засевали их зерновыми культурами (пшеницей, овсом, ячменём, просом), располагали они и сельскохозяйственной техникой. Многие в городских дворах содержа¬ли не только корову, но и рабочий скот (лошадей, волов), мелкий рогатый скот (овец, коз). Горожане, в большинстве своём, сохраняли сельский образ жизни, деревенские привычки, манеры, обряды, патриархальный семейный уклад. Словом, многие петропавловцы жили по-сельски. Старина поддержи¬валась полувоенными казачьими порядками и воинскими уставами. В Под¬горье официально размещалась казачья станица и станичное управление во главе с атаманом. Социальное лицо Подгорья определяла привилегированная масса казаков и казачьих офицерских династий. Нагорье с его кучугурами, косогорами, оврагами быстро вошло в лексикон горожан, а с перемещением на гору административных учреждений города вообще заслонило Подгорье. К началу XX века этот район уже назывался Центр города и термин «Нагорье» почти вышел из употребления в речи го¬рожан.
К числу старинных объектов народной топонимики относится Крепост¬ная площадь, которой некогда отводилась важнейшая роль в жизни войско¬вых частей и подразделений. Первоначально здесь значился центр поселе¬ния. Отсюда идет нумерация зданий старейшей улицы города - Крепостной. Вблизи ее сооружение недоброй памяти - Петропавловская Белая тюрьма, где томились декабристы и революционеры. Теперь её нет. С другой стороны площади - Додонов лог. Примыкает с юго-востока к той же площади Попов¬ская горка и Солдатский спуск. Три последних топонима - чисто народные. Лог, горка и спуск - места отдыха и развлечений молодежи, зимних и летних игр с гармониками и балалайками.
На другом косогоре ныне величественно возвышается возрождённое зда¬ние, названное народом Белый Дом Абылая. История его сооружения утопа¬ет в нагромождении как подлинных, так и надуманных сочинений любителей старины. Воссозданному дворцу официально присвоено наименование "Рези¬денция хана Абылая".
На левобережье, за мостом, улочка из 5-7 домиков. Она безымянная, и каждый год здесь разное число домиков: то больше, то меньше. Тот хуто¬рок почему-то называли "Хлыстунами", затем "толстовцами", а женщины Подгорья считали то место "коровьим сгоном", куда по утрам сгоняли в ста¬до домашнюю скотину. Возле тех утлых домиков стоит обелиск-памятник красноармейцам, погибшим в конце октября 1919 года при штурме армией Тухачевского позиций колчаковцев.
Примечательна и каменная плотина на Ишиме, та, что за поворотом рус¬ла, ниже железнодорожной водокачки. Это сооружение гарантирует тре¬буемый уровень воды в реке для бесперебойного обеспечения ее набора в систему водопровода. Ту плотину пытался использовать в своём деле некий предприниматель Додонов (или Додон) установкой на Ишиме мощной мель¬ницы. Как утверждает легенда, мукомольного заведения Додонов не соору¬дил, но каменная насыпь и прилегающий овраг (лог) до сих пор сохранили его фамилию: плотина Додона, Додонов лог, Додонов перекат, Додонов брод. Оказывается, и так можно войти в историю города.
Левобережье Ишима тоже не осталось в стороне от исследования. Здесь два поселка: Кожзавод и Заречный. Первые поселенцы левобережья - рабо¬чие-сезонники. Они в холодной воде местных стариц, озёр и заливчиков за¬нимались по найму предпринимателей мытьем шерсти, кишок, сырых овчин, кожи и прочей продукции животноводства для дальнейшей ее переработки в кустарных мастерских и заведениях. Рабочие артелей жили тут же, где работали: во временных сараях, землянках, шалашах с весны до поздней осени. А некоторые как могли обустраивались здесь на постоянное житель¬ство. Они заложили начало заселению Петропавловского левобережья. Од-новременно здесь возникают десятки поселений рабочего люда скотобоен, салотопок, мыловарен. В 1834 году, с началом строительства кожевенного завода Зенкова, возник постоянный жилой микрорайон со стихийной, но уже уличной планировкой.
Заречный тоже появился на базе трущобного скопища землянок, полу¬землянок, утепленных мазанок. Жилым поселением его стали называть с перемещением сюда уголовно-арестантского элемента. Но бездомная голыть¬ба и беспаспортная публика проживала здесь еще до 30-40-х годов XX в. Мало-мальски обустроенный вид микрорайону придали дома для прожива¬ния офицерского и начальствующего состава, казармы воинской команды и зона содержания заключённых. Северный поселок. Он привлекателен для проектировщиков города бли¬зостью к источнику воды, к Ишиму. В безводных городах людям труднее жить. В перспективе Петропавловск будет расти и развиваться в этом на¬правлении более активно, чем в другие стороны. Разговоры о передвижении административного центра города с ул. Конституции Казахстана в северную зону (микрорайон ул. Я. Гашека) велись давненько, еще в 60-70 годы про¬шлого века. Но та идея нашла тогда мало сторонников по той же банальной причине - тощий бюджет, нет достаточных средств. Со временем петропавловцы неизбежно вернутся к этой проблеме даже при наличии альтернати¬вы освоения под городское строительство левого берега Ишима по образцу столицы Астаны. Это забота будущих поколений. Но уже сегодня в литера¬турный язык петропавловцев вторгается новый народный топоним - Левобе¬режье. Но это уже будущее.
Северный регион еще недавно представляли рабочие поселки. Первый из них - энергетиков. Это детище и современник строительства местного энер¬гогиганта - ТЭЦ-2. Его сосед и собрат - поселок Северный. И тот и другой уже выполнили свои функции в жилищной политике. Ныне одноэтажный "Северный" почти снесен и его площади застроены современными зданиями. Та же участь ждёт и поселок энергетиков.
Народных названий не избежал и центр города. Дома "голоштанцев" (или «голодранцев») - так окрестили в народе два одноэтажных домика, примыка¬ющие к дому Казанцева перед зданием Госбанка. На одном из них еще в 30-х годах минувшего века красовалась массивная витрина "Ломбарда". Сюда везли драгоценные ноши золотоискатели (старатели) из Степняка, Борового и других месторождений ценного металла. Владельцы огромного капитала прямо со степных речек, озёрных пляжей, в грязной и рваной рабочей одеж¬де, с обросшими лицами и в чеботах на босу ногу в этом невзрачном домике вмиг становились богачами, владельцами бон на большие денежные суммы.
"Центральный дом воров". Это большое каменное здание на углу улиц Пушкина и Сталина (ныне Интернациональная) с витриной ЦРК (Централь¬ный рабочий кооператив). В 1935-1937 гг. его регулярно, раз в три месяца, обворовывали безнаказанно. Кто? С трудом выяснилось: сторожа и сам ди¬ректор.
"Дом Колчака". По народной молве, так назывался двухэтажный кир¬пичный дом на углу Торговой (ныне Интернациональной) и Сибирской улиц (ныне 314 стрелковой дивизии). Дом несколько выступал на Торговую, что обеспечивало просмотр широкой уличной панорамы. Говорят, что там часто бывал адмирал, навещая город. Но жил Верховный правитель в персональ¬ном вагоне на железнодорожных путях. В дни боёв за город в том доме было установлено три пулемёта, которые причиняли помеху в наступлении крас¬ных частей. В годы Советской власти в "Доме Колчака" размещалась конто¬ра артели промсоюза "Прогресс" и ее кондитерский цех. Ныне дом снесён, площадка застроена.
"Свистунья". Это валяльно-обувная фабрика. В 1938 году в моду вошли заводские гудки. Карманные и настенные часы были редким приобретением. Их заменяли гудки, приглашающие трудовой люд на работу. Громче всех ревел баритоном деповский гудок. Тенором звал на работу своих рабочих ли¬тейный завод. Альтом звучали мясокомбинат и некоторые мельницы. А ва¬ляльщики пимов изобрели взамен гудка умопомрачительный свисток. Игно¬рируя возмущение горожан, фабрика более года оглушительно освистывала город, хотя в штате её коллектива состояло 120 работников. Кому свистела фабрика?
Колхозный рынок. Его и до рыночной эпохи знали все. Теперь базаров в городе много, а прежний назвали Центральным. Однако в народе бывший колхозный остался Колхозным, хотя давненько уж нет колхозов, как нет и колхозников. Это ли не пример живучести народных топонимов. "Кощунка", или "Рупь двадцать". Так звался в 30-40 годы XX века храм на городском базаре, известный как церковь Зенкова. Добротное сооруже¬ние перед войной власти закрыли и отдали санитарной службе. В первые годы Отечественной войны в бывшем храме учредили заведение по прожар¬ке одежды от нательных насекомых. Верующие назвали то заведение "кощункой" над религией. Расценки за услуги вошебойки в среднем составляли рубль двадцать копеек за килограмм одежды. Потому в народе бывший храм стал называться "Жарь на рупь двадцать".
Спорт - одно из любимых занятий горожан. Стадионов было в городе на¬много больше, чем сегодня: "Спартак", "Динамо", "Пищевик". Последний из названных прославился футбольной командой. Будучи на содержании мя¬сокомбината, она неоднократно завоевывала титул чемпиона Казахстана. В народе игроков команды называли "колбасниками".
Своеобразна история наименования некоторых окраин города.
Черемушки. Термин принесен из Москвы, хотя черемухи у нас немало своей. После войны в столице прежней страны возникла идея привлечения народа к строительству жилья. Почин москвичей подхватили многие города. Появились такие народные стройки и в Петропавловске. И ныне они служат горожанам, но по ошибке называются «хрущевками». Пример местных "черемушек" - на улице Интернациональной, напротив средней школы № 2.
Молодёжный - группа домов, построенных выпускниками строительных училищ для собственного проживания. Дома верой и правдой служат петропавловцам и поныне по улице Жамбыла.
Бензострой - название тоже неофициальное. Оно объединяет несколько улиц в восточной части города вдоль железнодорожных путей.
БЖ - две буквы алфавита на чертежах проектировщиков из генплана застройки города. Название перешло на микрорайон из нескольких жилых кварталов.
20-й и 19-й микрорайоны в северной зоне города. Этими цифрами тоже обозначались, как и БЖ, чертежи архитекторов, проектировавших ново¬стройки. А вот за другими микрорайонами цифровое обозначение не закре¬пилось.
Вороний остров. Действительно, там было много птиц семейства вороно¬вых. Но островом его можно было называть только во время больших ве¬сенних паводков. Летом, осенью и зимой "остров" смыкался с окружающей местностью. Живописное место использовалось как зона охоты в XVIII-XIX веках, затем для выращивания бахчевых культур, а ныне - для отдыха де¬тей, горожан. В этом особом микрорайоне произрастают некоторые реликто¬вые растения, травы и кустарники.
Перечень народных названий, приведённых в статье, далеко не исчер¬пан. Их, несомненно, больше. У некоторых топонимов, приведенных выше, существуют другие, альтернативные имена, от упоминания которых автор уклонился по разным доводам. Проблемы орографии и топонимики в Петро¬павловске по-научному пока еще не исследованы. Сегодня требуются иници¬аторы этого увлекательного и патриотического дела.


Пресняков С. Народный Петропавловск // Провинция. – 2011. - №1. – С.39-47
 

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий