Я живу на улице Магжана

29 октября 2018 - Кабиева Р.

   Я живу на улице Магжана...

И паря душою в облаках,

Я его подпитываюсь жаром

Сердца, не остывшего в веках.

  

Это ли судьбы не провиденье.

Благость символичных эстафет?!

Душ поэтов тесное сплетенье

Излучает свой высокий свет.

 

 

Нет не рвется нить красивой песни.

Чтс-судьбою нам дано пропеть.

Мой Магжан, с тобою снова вместе

Нам творить, бороться и гореть!

 

Проходя у мраморного лика,

Я смотрю в знакомые черты.

Ты - творец поэзии великой,

Наводящей в будущность мосты.

 

Вчитываясь в пламенные строки,

И любовью к родине дыша.

Ученик, беру твои уроки.

Мой недосягаемый  Магжан!

 

Мы с тобою в разных ипостасях:

Ты - велик, а мне еще расти.

Пусть твой слог мои стихи украсит

На нелегком творческом пути.

 

Я гвоздики яркие к подножью

Памятника молча возложу,

Пред тобой, поэтом с искрой божьей.

Голову седую обнажу.

  

Пусть народной славы не стяжал я.

Но горжусь, что в милой стороне

Я живу на улице Магжана,

А Магжан всегда живет во мне!

 

Светлый путь

Есть у меня Абай, Магжан. Олжас,

Не кичусь тем. а только лишь горжусь.

Их каждый стих - сверкающий алмаз.

Я каждому стиху, как личности, дивлюсь.

  Поэт, мудрец, философ был Абай.

  Магжан горел поэзии огнем,

  Олжас широк, как половецкий край.

  Восток и Запад слились в нем.

  Они, как три сверкающих звезды,

  Взошли на наш духовный небосвод.

  Я верую, что из любой беды

  Их мысли светоч выведет народ.

  Мечта поэтов давняя сбылась:

  В ряду свободных, суверенных стран

  Как новый сильный азиатский барс

  Берет свои высоты Казахстан!

  Поскольку есть у нас Абай, Магжан, Олжас,

  Могу я известить степную ширь,

  Что вдаль веков есть светлый путь у нас,

  И вечны мы, как вечен этот мир.

  «СЛОВО МОЁ НЕ БОИТСЯ ОКОВ»

В девяностые годы прошлого столетия я работал председателем областного комитета по телевиде­нию и радиовещанию. Всегда, бу­дучи в командировках, искал встреч с местными аксакалами. В спокойных и незатейливых с ними разговорах о житье-бытье, интере­совался, между прочим, знают ли они Магжана. Многие из них слы­шали, что был такой поэт, а стихов его зачастую не знали. И это не­удивительно. Во времена молодо­сти моих собеседников люди боя­лись даже вслух произносить его имя. Боже упаси, еще читать его стихи! Это было равносильно смерти. Мне, порой, кажется, что страх перед наказанием до самой кончи­ны засел в каждом казахе тех лет.

Как-то летом казахская диаспо­ра Петуховского района соседней Курганской области пригласила на свой курултай группу североказахстанцев. В составе делегации был и я. С собой взял телеоператора. По доброй привычке, планировал встретиться и поговорить с мест­ными старейшими своими сопле­менниками - может они что-то рас­скажут интересное. Тем более, мно­гие из них в смутные времена с се­мьями спасались бегством кто в Россию, кто в Монголию, а кто и в Китай и другие страны. Но и на чуж­бине свои традиции и обычаи, свой менталитет они свято берегли.

Народу на курултай собралось много. Вижу, начал пробираться ко мне среднего роста сухощавый, смуглый аксакал. Аккуратно под­стрижены борода и усы. Несмотря на возраст, лицо без явных морщин. Первым приветствую его. Разгово­рились. Оказывается, недавно он меня видел по телевизору, когда я читал поэму Магжана Жумабаева «Батыр Баян» и здесь сразу узнал.

-Мало пока кто знает нашего Магжана, поэтому знакомим через телевидение земляков с его биографией и его произведениями. - отвечаю ему.        

-    Айналайын, я же встречался с этим человеком - грустно обронил аксакал и заплакал...

-    Родом я из аула Тауагаш Ле­нинского района, - продолжил мой собеседник. - Корни мои кереи - шагалак. В 1928 году мы откочева­ли в эти края. Так и остались здесь.

-    Наверно, дети есть, внуки. - пытаюсь втянуть в разговор акса­кала.

-     Четыре внука, айналайын, у меня на руках. Растут, слава Алла­ху. Живу хорошо. Меня зовут Тилембай, я сын Балгабая. Мне 83 года. Много ездил, много видел...

- Вы сказали, что видели Маг­жана, расскажите...

- Это было так - начал свой рас­сказ аксакал. - В Исилькуле я жил по соседству со старшим братом Магжана Кахарманом. Был он высо­кого роста, крупный и видный такой мужчина. Как-то утром приходит Кахарман ко мне и прямо с порога спра­шивает: «Дорогой мой, хочешь с хо­рошим человеком познакомиться?». Мне в ту пору было 25 лет. И мой ответ был ему скор:

-    Конечно же, хочу!

- Тогда, мой дорогой, поезжай в Петропавловск, где познакомишься с Магжаном. Его недавно освободи­ли из тюрьмы. Надо навестить. Зап­рягу свою кобылу, а пристяжным пойдет твой стригун. Поедете втро­ем - моя жена и сын Гадилша. По­нимаешь, мне ехать нельзя. Могут узнать. Живет Магжан на улице Без­божная, недалеко от синей мусуль­манской мечети. Увезете ему кумы­са и овечку. Договорились?

 - Хорошо, согласен.

В тот же день мы тронулись в путь. Было начало лета. В Булаево заночевали.  Вечером другого дня добрались до Петропавловска. Магжан

ага, оказывается, как предчувство­вал, сидел и ждал у окна. Увидев подъезжавшую подводу, он мигом выскочил из дома и начал открывать ворота. Вежливо и душевно поздо­ровался с каждым из нас. Гостепри­имно пригласил в дом. Немного по­годя я решил выйти распрячь лоша­дей. А Магжан ага с этим делом уже управился. Ну, думаю, хоть овечку сам зарежу. Тут Магжан ага мне:

- Спасибо, дорогой, год прошел, как я не занимался этим делом. Предоставь это удовольствие мне. А ты отдохни с дороги, заходи в дом. Я мигом управлюсь.

Заночевали мы тогда у Магжа­на. Проговорили с ним всю ночь.

-  Магжан ага, как я понимаю из Вашего рассказа. Вы же не высту­паете против советской власти. Тогда  почему Вас посадили в тюрьму?

-   Ай, айналайын, я продолжаю еще сидеть в тюрьме и не считаю, что освободился. Они год решили понаблюдать за мной.

       Немного помолчав. Магжан ага прочел мне несколько строк из сво­их стихов:

Изранено сердце мое.

Жизнь - тюрьма немногим.

Но слово моё не боится оков.

Силой его не удержишь,

И горит, пламенея, душа

От тяжести жизни народа.

В прошлом - радость моя.

Впереди - неизвестность.

Это меня не пугает.

Милым прошлым живу.

Врачую раны Словом.

Знаю, что сам себя сжигаю.

Ибо тлеть я не умею...

(Подстрочный перевод)

 -      Я знаю, что сам себя бросаю в костер, но ничего поделать с собой не могу, - продолжил Магжан ага. - Я был на стороне Алашорды.

Пла­нировал рассказать народу о руко­водителях этой организации. В поисках материалов поехал в Кокчетав, где встретился с одним аксакалом. Всю ночь напролет он читал мне по памяти великолепные дастаны, поэмы, рассказы о казахских батырах. Под впечатлением той встречи я написал поэму в 300 строк  о Батыре Баяне. Властям это про­изведение не понравилось. С этого и начались гонения...

-      В ту ночь у Магжана, - про­должил свой рассказ Тилембай ага, - я переписал сказ о Баяне. Вчера, когда по телевизору Вы чи­тали поэму, я вслух читал её вмес­те с Вами... Смотревшая со мной телевизор сватья очень удивилась:

-      Смотрите, смотрите, ата тоже читает Магжана...

-     Много лет прошло с тех пор - задумчиво продолжает аксакал, - хорошо помню его спокойную речь, высокую стройную фигуру. Запомнилась белизна его лица. Да каким ему еще быть после тюрьмы?! А как он красиво и умно говорил, как читал свои стихи, поправив слегка тронутую серебром смоль черных волос! Образ его всегда со мной. И ту единственную встречу с Маг­жаном буду помнить всю жизнь. Он жил и творил для нас, казахов. И за это поплатился жизнью. Разве это можно забыть? Прости, айна­лайын, сердце что-то зашалило...

И в повлажневших глазах аксака­ла блеснула скупая мужская слеза

Муталлап Кангужин, поэт, член Союза писателей РК, почетный гражданин Северо- Казахстанской области.

Перевод с казахского Серика МУКАНОВА

 

 

 

 

Кангужин М. Я живу на улице Магжана.// Респубика.kz. -№24(247). -17 июня.-2008г. -5с.

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий